Главная

    Михаил Девятаев родился в 1917 году. Когда началась война, он стал летчиком. Всего сбил 9 вражеских самолетов. В бою его самолет подбили, и Михаил попал в плен. В скором времни он пытается бежать из плена, но побег не удается, и его направляют в лагерь Заксенхаузен. В лагере Девятаева спасает от смерти парикмахер, меняя нашивку на тюремной робе. Под именем учителя его направляют в алгерь Пенемюнде. Этот лагерь был военной базой немцев, где заключенные работали на аэродроме. Позднее Михаил писал, что мысль об угоне самолета возникла у него почти сразу. Этому также способствовал один счастливый случай: один раз немецкий летчик, видя Девятаева, который смотрел на самолет, решил поиздеваться и показал заключенному по пунктам, как заводить истребитель. Было много людей среди пленных, которые хотели сбежать. Но в группу отбирали только самых надёжных товарищей. И вот настал назначенный день. Работали заключенные пятёрками, поэтому заранее было устроено так, что все 10 участников побега вышли 2 такими группами. В обеденный перерыв, убив конвоира, они угоняют самолёт. После этого они приземляются за линией фронта, но, как часто бывало в то время, их стали подозревать в измене Родине. Через некоторое время всех десятерых оправдали. Сам Девятаев сблизился с конструктором С. П. Королевым. Королева интересовал самолёт немцев, на котором прилетел летчик, так как на нем была обнаружена радиосистема запуска межконтинентальных ракет, что значительно усложнило продолжение испытаний немцам. После Девятаеву было присвоено звание Героя Советского Союза

    В Казани, в Вахитовском районе, от Речного вокзала до улицы Татарстан, проходит улица Девятаева (бывшая Портовая).

    В 1957 году, благодаря ходатайству Главного конструктора баллистических ракет Сергея Королёва и после публикации статей о подвиге Девятаева в советских газетах, Михаилу Девятаеву 15 августа 1957 года было присвоено звание Героя Советского Союза.

    Михаил Девятаев написал книгу "Побег из ада", которая повествует о побеге с острова Узедом.

Плен

    Великая Отечественная война застала его под Минском, в Молодечно, командиром звена 163-го истребительного авиаполка 49-й истребительной авиационной дивизии. 22 июня он совершил свой первый боевой вылет. И хотя самому Михаилу Петровичу не удалось сбить «Юнкерса», он, маневрируя, вывел его на своего командира З. В. Плотникова. А тот не упустил воздушного противника, сразил его. Скоро повезло и Девятаеву. Однажды в разрыве облачности на глаза ему попал «Юнкерс-87». Михаил, не теряя ни секунды, устремился за ним и через мгновение увидел его в перекрестии прицела. Тут же дал 2 пулемётные очереди. «Юнкерс» вспыхнул и рухнул на землю. Были и другие удачные бои.

     Однако, обстановка на фронтах всё более обострялась. Девятаеву и его товарищам уже пришлось оборонять подступы к столице. На новеньких «Яках» они перехватывали самолёты, спешившие сбросить смертоносный груз на Москву. Однажды под Тулой Девятаев вместе со своим напарником Яковом Шнейером вступил в схватку с немецкими бомбардировщиками. Им удалось сбить один «Юнкерс». Но и самолёт Девятаева пострадал. Всё же пилоту удалось приземлиться. И он оказался в госпитале. Не излечившись до конца, бежал оттуда в свой полк, уже находившийся западнее Воронежа.

     В сентябре 1941 года Девятаеву поручили доставить важный пакет в штаб окружённых войск Юго-Западного фронта. Он выполнил это поручение, но на обратном пути вступил в неравную схватку с 6 Ме-109. Одного из них сбил. И сам получил ранение. Так он вновь оказался в госпитале. К тому времени младший лейтенант М. П. Девятаев выполнил 180 боевых вылетов, провёл 35 воздушных боёв и сбил 9 самолётов противника. После излечения он уже не вернулся в свою часть. После осмотра, врачебная комиссия вынесла единодушное решение — только в тихоходную авиацию. Так лётчик-истребитель Михаил Девятаев стал командиром звена связи, где произвёл 280 успешных вылетов. С 18 сентября 1943 года служил в 1001-м Отдельном санитарном авиационном полку. К середине декабря 1943 года, выполнил около 80 вылетов по эвакуации раненых и на выполнение специальных заданий командования. За это время, он эвакуировал с передовых госпиталей 120 раненых (из них, 5 генералов), доставил в передовые госпитали 600 литров крови, 800 кг медикаментов, 700 кг прочих грузов и 50 медицинских работников, не имея ни одной поломки и вынужденной посадки.

     Однако чуть раньше произошли события перевернувшие всю дальнейшую жизнь Михаила Девятаева. В апреле 1944 года он отыскал «хозяйство» Александра Покрышкина. Там он встретился с Владимиром Ивановичем Бобровым, осенью 1941 года давшим кровь раненому Девятаеву, а теперь согласившийся взять его к себе ведомым. Не раз поднимал Девятаев свою «Аэрокобру» в воздух. Неоднократно вместе с другими лётчиками дивизии А. И. Покрышкина вступал в схватки с врагами. Но вот наступило роковое 13 июля 1944 года. В этот день лётчиками 9-й Гвардейской истребительной авиационной дивизии, по словам самого Девятаева, было сбито 20 вражеских самолётов. В этом бою Михаил получил своё 4 ранение, а его самолёт загорелся. По команде ведущего Девятаев выбросился из объятого пламенем истребителя... и оказался в плену.

    В плену Девятаев несколько раз подвергался допросам и пыткам, после чего его и других пленных летчиков конвоировали в Лодзинский лагерь военнопленных. Спустя месяц после попадания в плен 13 августа 1944 года "Мордвин" и еще несколько человек совершают побег из лагеря, но довольно скоро их ловят и переводят в категорию "смертников". Буквально на следующий день всех "смертников" в специальных робах с нашивками отправляют в печально известный лагерь Заксенхаузен. Казалось, что здесь все и закончится для славного летчика Девятаева, но сочувствующий пленнику лагерный парикмахер подменил номер его нашивки, превратив смертника в обычного узника. За несколько дней до прихода новой партии заключенных в лагере от голода и болезней умер врач Никитенко, его идентификационный номер был аккуратно срезан цирюльником с робы. Вместе с новым номером появилась и новое имя - Григорий Никитенко, под которым "Мордвин" и попал в лагерь Пенемюнде.

Побег

    Ранним утром 8 февраля 1945 года Михаил Девятаев, увидев в окно звёзды на небе и отметив улучшение погоды после нескольких дней ненастья, посчитал, что этот день будет удачным для давно запланированного побега. Он сообщил о своём решении ближайшему соратнику Ивану Кривоногову и попросил его раздобыть несколько сигарет. Кривоногов обменял у другого узника тёплый пуловер на сигареты и отдал их Девятаеву. Затем Девятаев, обойдя бараки, сообщил о своём решении Владимиру Соколову, Владимиру Немченко, Петру Кутергину и Михаилу Емецу. Молодой парень Тимофей Сердюков (которого Девятаев считал Дмитрием), догадавшись о решении Девятаева, тоже попросился в группу. Во время формирования рабочих «пятёрок» Немченко и Соколов позаботились о том, чтобы члены сложившегося коллектива были выведены на работы возле аэродрома двумя рабочими «пятёрками», оттеснив из формирующихся групп посторонних. Обычная задача таких групп - это уборка аэродрома, подходить к самолетам им было категорически запрещено. Но беглецы сообщили часовому, что им дана задача отремонтировать земляной ров - капонир. Когда тот удалился, группа по сигналу перешла к активным действиям. Кривоногов по сигналу убил заточкой конвоира, и теперь в радиусе ста метров кроме них и самолета никого не было. Когда механики ушли с аэродрома на обеденный перерыв, Девятаев с Соколовым скрытно подобрались к заранее намеченному бомбардировщику «Хейнкель». Забравшись на крыло, Девятаев ударом колодки сбил замок, закрывавший вход в самолёт, проник в фюзеляж, а затем и в пилотскую кабину. Соколов по его указанию расчехлил моторы. Попытавшись завести мотор, Девятаев обнаружил, что в самолёте нет аккумулятора, без которого завести самолёт невозможно, и сообщил об этом остальным товарищам, подошедшим к самолёту чуть позже. Каждая минут промедления приближала заключенных к смерти за побег и убийство, поэтому действовали молниеносно. Всего за пять минут нашли тележку с аккумулятором и, наконец, завели мотор! "Плавно нажимаю на кнопку стартера. Мотор зашумел жу-жу-жу! Спокойно включаю "лапкой" зажигание, мотор несколько раз фыркнул и загудел. Увеличиваю газ - заревел. Круг винта стал чистым, прозрачным. Друзья от восторга дают в плечи радостные легкие пинки".

    Девятаев запустил оба мотора самолёта, дал указание всем подняться на борт и спрятаться в фюзеляже, и вырулил самолёт на взлётную полосу. Самолёт набрал скорость, однако по неясным причинам штурвал самолёта не удавалось отклонить, и самолёт не взлетал. Выкатившись за взлётную полосу недалеко от побережья, Девятаев притормозил самолёт и резко развернул его; самолёт ударился о землю, однако шасси не пострадали. На самолёте возникла паника, кто-то из членов команды пригрозил Девятаеву винтовкой. Девятаев предположил, что взлететь помешали неснятые струбцинки рулевого управления, однако это предположение не подтвердилось. На взлётной полосе собрались немецкие солдаты, не понимающие, что происходит. Девятаев решил предпринять вторую попытку взлететь и направил самолёт на солдат, и они тут же разбежались, после чего повёл самолёт обратно к стартовой площадке. "Они не ожидали, что "хейнкель" двинет на них. Да их же давит летчик-заключенный! Они бросились врассыпную. Те, что были дальше и которым ничего не угрожало, вынимали из кобуры пистолеты. Другие бежали к своим зениткам. Но время было выиграно, только время, а не победа. Самолет снова мчался на тот конец аэродрома, с которого мы начинали взлет".

     С помощью товарищей Девятаев все-таки смог вытянуть штурвал на себя, и самолет оторвался от земли, полетел! Но полетел неуверенно, слишком быстро стал набирать высоту и терять скорость, пришлось наугад искать триммер высоты и лишь после этого грузный бомбардировщик стал быстро удаляться от злосчастного Пенемюнде.

    Тем временем штаб ПВО был оповещён об угоне, — на аэродроме была объявлена тревога, а зенитчики и лётчики-истребители получили приказ сбить захваченный самолёт. На перехват был поднят истребитель, пилотируемый обладателем двух «Железных крестов» и «Немецкого креста в золоте» обер-лейтенантом Гюнтером Хобомом (нем. Günter Hobohm), однако без знания курса «Хейнкеля» обнаружить его можно было только случайно. Позднее самолёт Девятаева был обнаружен воздушным асом полковником Вальтером Далем, возвращающимся с задания на «Фокке-Вульфе-190», но приказ немецкого командования «сбить одинокий „Хейнкель“» он выполнить не смог из-за отсутствия боеприпасов (по воспоминаниям самого Даля, он выпустил свои последние боеприпасы по «Хейнкелю», но не имел возможности его преследовать, так как в его самолёте заканчивалось топливо). Девятаев направил самолёт в облака и оторвался от преследования.

Послевоенные судьбы участников побега

    В ноябре 1945 года Девятаев был уволен в запас. В 1946 году, имея диплом капитана судна, устроился дежурным по вокзалу в Казанском речном порту. В 1949 стал капитаном катера, а позже одним из первых, кто проводил испытания и возглавлял экипажи самых первых отечественных судов на подводных крыльях — «Ракета» и «Метеор». Член КПСС с 1959 года. Михаил Девятаев до своих последних дней жил в Казани. Работал, пока позволяли силы. Летом 2002 года, во время съёмок документального фильма о нём, приехал на аэродром в Пенемюнде, поставил свечи своим товарищам и встретился с немецким пилотом Г. Хобомом. 24 ноября 2002 года он умер в Казани

    В конце марта 1945 года после проверки и лечения 7 из 10 участников побега (Соколов, Кутергин, Урбанович, Сердюков, Олейник, Адамов, Немченко) были зачислены в одну из рот 777-го стрелкового полка (по другим данным — в 447 стрелковый Пинский полк 397 стрелковой дивизии) и отправлены на фронт (даже Немченко, потерявший один глаз, уговорил отправить его на фронт в качестве санитара стрелковой роты). Трое офицеров — Девятаев, Кривоногов и Емец — до конца войны оставались вне зоны боевых действий, ожидая подтверждения воинских званий. Рота, в которую были зачислены семеро из десяти беглецов, участвовала в штурме города Альтдама. 14 апреля, во время форсирования Одера, погибли Соколов и Урбанович, ранен Адамов. По сведениям Девятаева: Кутергин, Сердюков и Немченко погибли в бою за Берлин за несколько дней до победы, а Олейник погиб на Дальнем Востоке, в войне с Японией. Из семерых остался в живых только один — Адамов, он вернулся в посёлок Белая Калитва Ростовской области и стал шофёром. Емец после войны вернулся в Сумскую область и стал бригадиром в колхозе.

Список источников

https://ru.wikipedia.org/wiki/Девятаев_Михаил_Петрович"

https://rg.ru/2015/04/28/geroi-site.html"

http://www.warheroes.ru/hero/ hero.asp?Hero_id=735

Книга "Побег из ада",написанная Михаилом Девятаевым

https://ru.wikipedia.org/wiki/Побег_группы_Девятаева

http://www.peoples.ru/military/ hero/devitaev/